Я хочу жить дома - Александр Конторович

Входная дверь беззвучно распахивается при моём приближении. Встречавшего не вижу, он благоразумно отступает в полумрак сеней. На здоровье… но пистолет у меня под рукой. Как говорят арабы – на Бога надейся, а верблюда привязывай!

Всё, однако, проходит совершенно буднично и обыденно. Словно атаману не впервой вот так, на конспиративной хате, встречаться со своими подельниками. Именно так – в глазах окружающих мы таковыми и будем, если все наружу выплывет. И неважно, что покойный полковник сам хотел Гуменюка убрать. Мало ли кто и чего там хотел… а убил-то ты! Наследство Соцкого и Гуменюка – кусочек ох, какой лакомый!

– Садись! – пан Дмитро указывает мне на стул.

Обстановка тут бедная, мебели вообще почти никакой нет.

Стол, шкаф, два стула – всё.

– Как прошло?

А то он не знает! Не доложили стукачи…

– Нормально. Разнесли все в пух и перья.

– Свидетели?

– Обижаешь… зачистили там всё!

– Потери?

– А, ерунда! Двухсотых нет, а прочие скоро встанут на ноги. Технику покоцало, это есть…

– В пожарное депо подъезжайте, там мастера хорошие и с вас возьмут недорого. Я распоряжусь.

Это предложение кстати. Зеленое земноводное возмущенно принималось пыхтеть каждый раз, когда возникал вопрос с оплатой ремонтных работ. Да и не только у меня!

– Благодарствую!

– Ну, я же заинтересован поддерживать нормальные отношения со всеми, кто приезжает в мои (уже?!) города…

Выпить атаман не предлагает, да я и не слишком-то рвусь.

– Легенда как?

По предложенному атаманом варианту, нас наняли какие-то неизвестные заказчики. Их, во всяком случае официально, тут никто не знает. Такой слух я должен был распустить среди наемников, а дальше-то он и сам разойдется, успевай только реагировать! Это не было сделано, и пан Дмитро хочет знать тому причину.

– Удалось придумать новый ход.

– А именно?

Ваньку валяете, пан Гуменюк? Некрасиво это, не к лицу столь почтенному человеку.

– Заказ поступил от беспредельщиков.

– Ого!

– Мне предложено подумать о постоянной работе на них…

А вот это для него новость! Теперь, в случае чего, меня не так-то легко прижать…

– Даже так? – трет подбородок атаман. – То есть Соцкий…

– Ликвидирован по их заданию. С выставлением традиционного знака беспредельщиков.

Ох, как охота, небось, атаману с меня назад деньгу содрать! Ан, фиг… уже не прокатит. Умное теля – оно и коньяк по вечерам посасывает, надо только места нужные знать…

– Что ж, поздравляю! – и он протягивает мне руку. – Но всё наши договорённости…

– В силе! Само собою разумеется!

Дальнейший разговор можно опустить, посторонним он не очень-то и интересен. Тем паче что ничего такого секретного мы не обсуждали. Так… о городке поговорили, об его обитателях. Про дом мой вспомнили – там работа уже полным ходом идет. Надо будет, кстати, и туда заехать. Явить, так сказать, хозяйское око!

Обратная амбаркация происходит абсолютно зеркальным образом.

Выхожу на улицу ровно в тот момент, когда у калитки притормаживает мой джип. Снова круиз-контроль, смена мест.

– Здесь притормозите, сойду.

И исчез – ни здрасьте, ни до свидания.

А я выруливаю в сторону своего дома. Надо же и хозяйство навестить.

Блин!

Вот это дают мастера! Чтоб я так жил…

Всегда светлой завистью завидовал настоящим спецам!

Нет, обои там поклеить или забор поставить – это я и сам за милую душу могу. Но чтобы вот так, из полуразвалины, нормальный дом сотворить… я так не умею. И, наверное, не научусь никогда.

Вот где настоящая работа, а не наши дурацкие пострелушки! Тут люди творят, а мы только ломать здоровы…

Вылезаю из машины и почтительно здороваюсь со старшим, мужик моё уважение заслужил!

– Немного уже осталось, – разглаживая усы, степенно говорит старший мастер. – Стену мы уже подняли, крышу перекрывать заканчиваем. В двух комнатах уже и отделку начали. Погреб почистили, там ныне Наталкина родня обретается. Сухо там, должно, вентиляцию хороший специалист делал.

Это точно, был такой спец… да… не один даже.

– А сама она где?

– Ось, в комнате, стену белить помогает. Рукастая девка, она тут и по продовольственной части занимается. Мы ее на готовку поставили. Ну, и брат ей помогает, не без того. Бегает, куда надобно. Ноги молодые, не убудет с него.

И правильно, не мастера же за всякой мелочью гонять?

– Надо что с меня?

– Ну… денег малость… докупить надо кой-чего.

– Десять тыщ, карбованцами – хватит?

– Ещё и останется! – сразу повеселев, отвечает старший. – Неспокойно было, вот на базаре цены-то и задрали… и опускать назад не спешат.

Узнаю извечную торгашескую натуру местных жителей. У них что урожай, что недород – всё повод цену поднять. Ох, и прогулялся бы я с ребятками своими по базару местному! Да насчет цен вдумчиво поинтересовался… Несварение желудка некоторым, особо жадным, гарантирую. Тут и одного Гната Могилы – на весь местный базар по самые уши хватит!

Захожу в дом и натыкаюсь на Наталку.

Одетая в какое-то немыслимое тряпьё, вымазанная белилами, она куда-то спешит с пустым ведром.

– Стоп! Стоять-дрожать-бояться!

– Ох! – вздрагивает девушка, но тотчас же расцветает в улыбке. – Пан сотник!

– Ну, я… Давай, показывай хозяйство.

Ходим с девчушкой по двору, она непрерывно что-то стрекочет, размахивая руками и ухитряясь указывать одновременно во все стороны сразу. Её послушать – так и впрямь удалось сделать очень много. Мастеров, кстати говоря, порядком припугнула весть о ранении атамана. Быстрее бы работу закончить да пересидеть лихие времена где-нибудь. Делаю себе зарубку в уме – успокоить старшего!

– Так! Всё я понял. Ты что же – и брата припахала?

– Ну… он шустрый! Мало ли что принести нужно…

– Мы за него не договаривались! Но раз уж так вышло… – вытаскиваю из кармана несколько купюр и протягиваю их Наталке. – Заработала! Точнее – заработали. Хоть одежку себе купи какую, что ли… Смотреть на тебя страшно!

– Так то ж рабочее! Подобных тряпок – кило за грош на базаре!

– А твое ли это вообще дело – стены белить? Кормежка – поддерживаю. Вот, кстати, и за это – держи!

– Мастера спешат… да и вам дом нужен.

– Нужен! Но – не в ущерб качеству! Если что – так не только с мастеров спрошу!

Девушка прикусывает губу и мелко-мелко кивает. Похоже, я её напугал, нехорошо! Она-то в чем виновата?

– Ладно! – похлопываю её по плечу. – Не тушуйся, всё в порядке! Пошли, погреб мне покажешь, я туда сто лет не заходил.

А погреб у меня знатный! Крепкие бетонированные своды, широкий проход. Даже и свет имеется – вдоль всей стены на изоляторах висят провода. Старый метод проведения сети, сейчас так не делают уже. Все впечатление портит бетонная же стена, перегораживающая коридор почти пополам. Уж кто и зачем её тут сварганил – история умалчивает. Есть, правда, кое-какие догадки и на этот счет…

В погребе три помещения.

Основное, куда выходит коридор. И два маленьких – совсем небольшие клетушки. В одной из них стоит во всю стену здоровенный деревянный ларь. Как он ещё не сгнил за столько лет? Видать, раньше не только стены класть хорошо умели, с деревом тоже грамотно работали. На ларе постелен матрац. И на этом матраце сейчас лежит седобородый дедок, на вид ещё не сильно старый. Надо полагать, это тот самый дед Фома.

– А почто в погребе? В домишке том, где раньше жили, не лучше разве?

– Тут сухо! И ветра нет. Мусор мы весь выгребли, чисто теперь. А там в стенке дыра – я пролезть могу!

Ну, не такая уж и большая дырка…

– И это… мастера этот вход всегда видят…

– Опять Панас приходил?!

– Да… мы оттого с дома и ушли…

– А в совло этот ухажер давно не получал?! – вскипаю я моментом. – Здесь – моя земля! Мой дом!

Щас у меня кто-то нешутейно огребёт!

Заруливаю во двор нашей базы и прямо сразу же натыкаюсь на Могилу – тот мирно греется на солнышке. Словно здоровенный кот – так прямо лапы вытянул и развалился.

– Гнат!

– Да, батька?

– Скатаемся в город?

– А что так скоро?

– Я там с ремонтом нашей техники добазарился с Гуменюком. Ну, и одного нахального хлопчика надобно на место поставить.

Здоровяк нехорошо осклабился – меня аж передернуло.

– Это можно! Предъяву ему делать будем?

Могила все хорошо понимает: разборки с рядовым – не дело для главаря отряда. Много чести для нахала будет.

Неслышно подходит откуда-то и Нестор.